Главная Журнал “Наш дом - Татарстан” Выпуск №4 (017) 2011 г. Ой, люли, люли, люли

Журнал “Наш дом - Татарстан”

Выпуск №4 (017) 2011 г. / Ой, люли, люли, люли

О чем говорят 

Что делать с узбекскими цыганами и их детьми, которые попрошайничают на улице?

5 декабря в центре Казани, на пересечении улиц Парижской Коммуны и Левобулачной, под колесами автомашины трагически погибла шестилетняя девочка-попрошайка из Узбекистана Углой Ушанкулова. Правой рукой она просила деньги, а левой, как и ее сестренка с другой стороны, - держалась за маму, у которой на руках был еще грудной ребенок. «После этого случая сотрудники правоохранительных органов провели рейд по всем местам в центре  Казани, где промышляют мигранты-попрошайки, забрали у них детей до выяснения всех обстоятельств, - вводя в курс дела, начальник подразделения по делам несовершеннолетних отдела полиции № 16 «Япеева» Управления МВД России по городу Казани Диана Багаутдинова ведет меня домой к мигрантам-попрошайкам.

Минуя улицы Муштари и Владимира Ульянова-Ленина с современными помпезными постройками, делаем крутой спуск по витиеватой тропинке на улицу Щепкина. Здесь, в низине, как будто врос в землю неказистый деревянный домик.
- Махаба! - стучится в закрытые ставни Диана Багаутдинова, сообщая между делом, что работает с этой братией уже лет семь. - Это не моя территория обслуживания, а отдела полиции «Вишневский», но поскольку попрошайки промышляют в центре города - это Левый Булак, Татарстан, Баумана, Колхозный рынок, Межлаука, Железнодорожный вокзал, где мы регулярно проводим рейды, то нам приходится искать и места их обитания…
Увы, на стук и крики никто не выходит.
- Махаба, открывай! - настойчивее стучится Диана, поясняя мне, что мигранты должны быть дома, ведь застать их можно только до семи утра и после семи вечера (в остальное время все на «заработках»), а сейчас уже половина восьмого.
В ответ - тишина. И только минут через пятнадцать за воротами слышится тихий голос с заметным акцентом:
- Кто там?
- Махаба, да не буду я твоих детей забирать, открывай!
Поняв, наконец, что это знакомый страж порядка, женщина дергает тяжелый засов.
Махаба Фармонова - высокая, похожая на гору женщина, одета в пестрое безразмерное национальное платье. Улыбается, широко обнажив золотые зубы, но, разглядев в темноте еще и незнакомцев, сразу закрывает лицо платком и торопится в дом.
Дом узбекских цыган-люлей в Казани
О Боже! Лучше бы мы сюда не входили, думаю про себя. Предбанник - нелепое строение из досок, стекла, картона и целлофана. Кажется, ткни - и развалится! Проходим в дом, вернее, ночлежку.
- У нас здесь пять семей, у каждой по комнате, - на плохом русском сообщает Махаба, показывая «хоромы».
В лучшем случае комната - это спальное место, вроде узкого пенала с отдельным входом, где готовят, едят, лежат, сидят, хранят одежду, посуду и продукты. В худшем - лежак с имуществом, который зашторивается большим покрывалом.
- Я вот тут с мужем сплю, за занавеской, - между делом говорит не менее колоритная сестра Махабы - Гюлюса, тоже Фармонова.
- А ваши дети?
- Отправляем их на ночь в другие комнаты, к братишкам, сестренкам.
- А вы здесь все родственники?
- Да, - сверкает золотыми зубами третья хозяйка Фатима Фармонова. - Мы все из Узбекистана, из одного кишлака Узун Сурхандарьинской области. Оттуда родом и Углой Ушанкулова, которая вчера погибла, - она дочка Нигоры, нашей родственницы. Ой, как жалко девочку! - утирает слезы женщина. - Ладно, хоть все разрешения на вывоз тела ее мать успела получить, завтра отправляется в наш Узун.

Сетуя о погибшей Углой, сестры Фармоновы наперебой сообщают о своих детях-попрошайках, которых у них отняли после трагического случая: одних доставили в больницы, других - в приюты. Так Махаба осталась без шестерых детей:
- Грудного, двухлетнего Алиакбара-то зачем?!
Гюлюса в одночасье лишилась пятерых детей. Вспоминая своих мальчишек и девчонок, женщина путает их возраст, говорит, что старшему Мухаммату то ли 11, то ли 12, Рушану и Хабибулле по 9, а потом выясняется, что они погодки, Мусе - 3 или 4, а Хамза грудной, ему всего два.
- А у меня дома, в Узбекистане, еще трое, - загибает пальцы Фатима, - а всего - восемь…
- Самое интересное, что в своих детях они души не чают, - в разговор включается Диана, - просто сразу приобщают их к своему бродяжному образу жизни. Смотрите, вон три малыша, которых никуда не забрали, - сытые, откормленные!
- Да-да, каждый день мы готовим суп-шурпу и плов, - женщины показывают на большие казаны.
- А где ваши дети стояли? Ну, попрошайничали?
- Мы всегда дома! - чуть ли не хором отвечают женщины. - У нас в Казани мужья, у меня Бахабир, у Гюлюсы - Хасан, у них патенты, все официально на стройках работают!
- Но если бы вы не были на улице с детьми, то и трагедии бы не случилось, и ваших детей бы не забрали, - парирую я.
- А мы не знаем, почему забрали! - разводят руки женщины. - Мы на светофоре не стоим! Мы только летом на Колхозном рынке…
Фатима Фармонова с детьми
У 35-летней Фатимы Фармоновой восемь детей, с тремя она приехала в Казань попрошайничать

О лукавстве мигрантов-попрошаек говорит мне и Диана Багаутдинова. Когда, например, встает вопрос об их депортации через суд, они не предоставляют документов-оригиналов, ссылаясь на то, что их кто-то украл или сжег! Но когда на днях надо было решать, как быстрее отправить на родину тело погибшей Углой Ушанкуловой, документы-оригиналы сразу нашлись.
- А кто вы по национальности? - спрашиваю у золотозубых женщин.
- Мусульмане, - невозмутимо отвечает Гюлюса.
- Нет, мусульмане вы по вероисповеданию. А по нации?
- А, мы - люли! - заявляет Гюлюса. - Ну как у вас есть цыгане, так и мы цыгане, только из Узбекистана, Средней Азии. Я, как и моя бабушка, как и моя мама, никогда работать не буду! Не умею ни читать, ни писать - для нас непозволительно…
Как сообщает Диана Багаутдинова, цыгане они не совсем обычные. Все из одного кишлака, периодически сменяют друг друга - сначала одна семья на полгода в Казань приезжает, а когда она уезжает, ее место в ночлежке занимает другая. Причем в каждой семье половину детей оставляют на родине, другую половину везут с собой.

В этот момент Махаба замечает в моих руках фотоаппарат и начинает судорожно кричать:
- Не снимайте! Не надо меня по телевизору показывать! Я старая девочка!
- А сколько вам?
- 37! А Фатима молодая - ей 35!
- Нет, и меня не надо! - отворачивается Фатима. - Вон лучше Мусу…
- Нет, и Мусу нельзя - он же молитвы в автобусе читает, - защищает своего сына Махаба.
В итоге женщины все же признаются, что у каждой - своя точка. Например, сидит Фатима в пешеходном переходе на Вишневского, а ее дети далеко от нее не отходят, вокруг да около кружат с протянутой рукой, с ближайшей остановки садятся в автобусы, чтобы собирать деньги после чтения молитвы. У каждой семьи в день, по их словам, по 800 рублей выручки. Поэтому, когда им нужно заплатить административный штраф, они запросто вытаскивают по две, три тысячи рублей.
Узхбекская цыганка люли с детьми
Махабе Фармоновой - 37, и она считает себя старой

ТОЛЬКО ФАКТЫ
Люли пришли из Индии
Среди окружающего населения цыгане Средней Азии известны под названием люли, джуги, мазанг. Сами цыгане утверждают, что название «люли» им присвоено узбекским населением, а «джуги» - таджикским. Между цыганами, за которыми по традиции закрепились названия «люли» и «джуги», нет резких этнографических различий. От них отличаются цыгане, именуемые мазанг, представители которых разбросаны по всей территории Средней Азии.
О давности появления цыган в Средней Азии свидетельствуют утрата ими своего языка и многочисленные заимствования различных элементов материальной и духовной культуры у окружающего населения. Большинство цыган двуязычны, они говорят на узбекском и таджикском. Считается, что цыгане являются выходцами из Индии. Правда, среднеазиатские цыгане убеждены, что родина их предков - Средняя Азия. Но наличие среди цыган антропологического типа, резко отличающегося от окружающего населения и имеющего ближайшие аналогии среди населения Индии, характерный род занятий, близкий членам индийской касты «дом» (деревообделочное ремесло, нищенство), а также некоторые обычаи (татуировка лба), говорит о том, что предки среднеазиатских цыган были выходцами из Индии. В Самаркандской и Сурхандарьинской областях бытует этноним «мултони», происходящий от города Мультан, что в Пакистане. 

КАК ЗАЩИТИТЬ ПРАВА ДЕТЕЙ МИГРАНТОВ?

Почему эти дети на улице? Кто заставляет их попрошайничать? Как защитить их права? На эти и другие вопросы была призвана ответить созданная по инициативе Уполномоченного по правам человека в Республике Татарстан Сарии Сабурской межведомственная рабочая группа по проблеме попрошайничества на улицах Казани.
Сария Сабурская, Уполномоченный по правам человека в Татарстане
- В межведомственную рабочую группу, созданную в начале июля, - рассказывает Сария Харисовна, - вошли представители МВД РТ, в частности, сотрудники подразделения по делам несовершеннолетних УВД Казани, отдела иммиграционного контроля УФМС России по РТ, Министерства труда, занятости и социальной защиты РТ, Министерства образования и науки РТ, Минздрава РТ, органов опеки и попечительства Исполкома Казани, юристы, переводчики.
С 14 июля по 15 августа мы провели пять рейдов в местах постоянного обитания попрошаек. Это пересечение улиц Татарстан и Салимжанова, Парижской Коммуны и Левобулачной, Шмидта и Вишневского, а также территория Колхозного и Московского рынков, подземный пешеходный переход на улице Вишневского, перекресток Восстания-Декабристов, пешеходный переход возле торгового комплекса «Тандем» и другие излюбленные ими места. В итоге нами выявлено 50 граждан - 26 взрослых и 24 несовершеннолетних ребенка, занимающихся попрошайничеством.

- Сария Харисовна, кто они?
- Как они сами себя называют, люли. Это цыгане из Узбекистана. Одна из таких, 39-летняя Савринисо Нахангова, попрошайничала на Колхозном рынке с трехлетней дочерью Шахнозой. А у матери, как выяснилось, в Казани еще 15-летний сын Фарух, проживающий с 17-летней гражданской женой Анзирой Амиркуловой, 12-летний сын Акбарали, 10-летняя дочь Парвина. А на улице Кремлевской сидела с протянутой рукой 28-летняя Дилопрот Узокова с годовалым сыном Кармоном. Она рассказала, что приехала из Узбекистана в Казань к сестре мужа. На проезжей части улицы Правобулачной попрошайничала 27-летняя Нигора Махмашукурова с сыном Мухретдином и дочерью Дильнозой, которым всего год от рождения, и шестилетним сыном Углаем. «Приезжаю в Казань регулярно, с 2000 года, на заработки (имеется в виду попрошайничество), - призналась она, - последний раз приехала с детьми месяц назад». Кроме люли, как удалось выяснить, на улицах и дорогах «трудятся» и таджики, но их меньшинство. Так, 10-летний Солмонхон Журакулов в районе парка Горького протирал фары автомобилей и просил за это вознаграждение.

- Удалось узнать, где они проживают? Наверняка, по одному, двум адресам?
- Более половины выявленных иностранных граждан зарегистрированы в одной квартире одного дома по улице Эсперанто, а вообще по данному адресу, как информировала миграционная служба, зарегистрировано 279 человек. Понятно, что физически они там проживать не могут. Удалось узнать компактные места их проживания - это частные дома по улицам Овражная, Щепкина, Низенькая. А несоответствие регистрации и места проживания - нарушение федерального миграционного законодательства. Поэтому в отношении мигрантов были составлены соответствующие административные протоколы.

- А то, что матери-попрошайки не по-человечески обращаются со своими детьми, заставляют их в любую погоду, несмотря на дождь и снег, просить милостыню у прохожих и водителей?
- Согласно закону Российской Федерации таким матерям инкриминируется жестокое обращение с детьми. В отношении их, привлекающих к занятию попрошайничеством несовершеннолетних, были составлены административные протоколы за неисполнение должным образом обязанностей по воспитанию и содержанию детей. Как нам удалось узнать, приехавшие из Средней Азии мальчишки и девчонки даже не знают, что такое детский сад и школа, они проживают в антисанитарных условиях.
Дети узбекских цыган-люлей в Казани
Муса читает молитвы в автобусах, а его сестренка попрошайничает на улице

- И куда доставили детей после рейда?
- Сначала - в медицинские учреждения для обследования: у всех - сильное истощение, у шестерых выявлен педикулез. Впоследствии детей распределяли по больницам и социальным приютам Казани. Так, после рейда 12 августа по территории Вахитовского района было выявлено 17 несовершеннолетних детей, после обследования и санитарной обработки шестерых определили в детский стационар от 18-й горбольницы, троих - в социальный приют «Гаврош» на улице Карима Тинчурина. Восемь подростков были отпущены с родителями.

- Как же все-таки найти управу на родителей-мигрантов, на которых уже составлены административные протоколы?
- На основании этих протоколов нужно ходатайствовать в суде об их выдворении. Этим занимается Управление Федеральной миграционной службы России по Республике Татарстан. Однако когда в суд подаются документы на выдворение, многие из них возвращаются обратно из-за отсутствия подлинников. «Где-то потеряли паспорта и свидетельства о рождении», - говорят об этом люли. А ведь если нет документов-оригиналов, то и суда нет.

- Если все-таки нашлись документы, состоялся суд, и по его решению иностранные граждане и лица без гражданства, имеющие детей, подлежат депортации или административному выдворению за пределы Российской Федерации, то где они содержатся?
- В спецприемниках органов внутренних дел Республики Татарстан, предназначенных для содержания лиц, арестованных в административном порядке. Отсутствие специально отведенных помещений с надлежащими условиями содержания для выдворяемых и депортируемых иностранных граждан, имеющих детей, влечет за собой нарушение статьи 9 Конвенции о правах ребенка, где установлено право ребенка не разлучаться со своими родителями вопреки их желанию. А также часть 2 статьи 54 Семейного кодекса РФ в части прав несовершеннолетних жить и воспитываться в семье. Спецприемники не предусмотрены для длительного содержания иностранных граждан, ожидающих административного выдворения, там отсутствуют необходимые бытовые условия. В свою очередь, федеральное законодательство рекомендует субъектам Российской Федерации организовать специально отведенные помещения с надлежащими условиями содержания для выдворяемых и депортируемых граждан.

- Будет ли у нас в Татарстане открыт Центр временного содержания, в котором по решению суда могли бы находиться иностранные граждане с детьми до их депортации из России?
- Этот вопрос сейчас решается на уровне Первого заместителя Премьер-министра РТ Равиля Муратова. Необходимо определиться, в чьем ведении будет этот Центр. Вероятнее всего, его будет содержать Министерство труда, занятости и социальной защиты РТ.

- А что еще было сделано по результатам работы межведомственной комиссии?
- Самое главное - разработан проект положения о взаимодействии органов внутренних дел, здравоохранения, социальной защиты, по делам молодежи, Управления федеральной миграционной службы по РТ по пресечению незаконного пребывания в Российской Федерации иностранных граждан, занимающихся на территории Татарстана бродяжничеством и попрошайничеством с детьми в возрасте до 18 лет. Также была выявлена проблема правовой безграмотности мигрантов, которая стала основной причиной совершения правонарушений среди них. Удалось выяснить, что у нас в республике не ведется комплексная работа по обучению русскому языку и адаптации мигрантов. Дети мигрантов не обучаются в школах, не знают русского языка, многие из них состоят на учете в инспекции по делам несовершеннолетних и занимаются попрошайничеством на улицах города, подвергая свое здоровье и жизнь опасности.

Наталья ВЯТКИНА
Фото автора

ТОЛЬКО ФАКТЫ
Попрошайничество не является антиобщественным явлением
В 2011 году сотрудниками полиции с улиц городов и районов Татарстана было доставлено свыше 2 тысяч беспризорных и безнадзорных подростков. Только в Казани проведено 421 мероприятие по изъятию таких детей, в результате которых выявлено 1033 беспризорных и безнадзорных несовершеннолетних (382 из них прибыло из стран СНГ). В органы социального обеспечения переданы 725 безнадзорных несовершеннолетних, в том числе в социальные приюты - 154, учреждения здравоохранения - 117, детские дома и школы-интернаты - 20.

Следует заметить, что попрошайничество и бродяжничество в правовой плоскости в настоящее время не является антиобщественным явлением. У правоохранительных органов отсутствуют полномочия по принудительному пресечению попрошайничества и бродяжничества. Кроме того, несовершеннолетний в возрасте до 16 лет не может быть привлечен к административной ответственности, так как не является субъектом правонарушения. Единственной возможностью профилактики данного вида правонарушений является привлечение родителей к административной ответственности по статье 5.35 КоАП РФ (неисполнение или ненадлежащее исполнение родителями или иными законными представителями несовершеннолетних обязанностей по содержанию, воспитанию, обучению, защите прав и интересов несовершеннолетних).

Только в Казани за истекший период текущего года более 800 родителей привлечены к административной ответственности по данной статье, а по 4 фактам - за вовлечение в попрошайничество - возбуждены уголовные дела по ст.151 УК РФ, которые рассмотрены в суде, и взрослые лица осуждены. Крайне сложно привлечь к уголовной ответственности по ст. 151 УК РФ лиц из стран ближнего зарубежья, прибывших на территорию республики и занимающихся попрошайничеством. В соответствии с требованиями Уголовного кодекса РФ, взрослые лица, вовлекающие в занятие попрошайничеством детей, не подлежат привлечению к уголовной ответственности по данной статье ввиду «стечения тяжелых жизненных обстоятельств», а именно мотивации тяжелого материального положения. Кроме этого, в результате проверок, проводимых УФМС РФ по РТ, выясняется, что более половины мигрантов не имеют документов, удостоверяющих личность, что также вносит затруднения к привлечению их к какой либо ответственности.


2846 просмотров.

 
 
420107, г. Казань, ул. Павлюхина, д. 57, Дом Дружбы. Тел.: (843)237-97-99. E-mail: an-tatarstan@yandex.ru