Главная Об Ассамблее Библиотека Ассамблеи Журнал “АНКО” Выпуск №7 Виктор Диц. Надежды, зарытые в песок

Об Ассамблее

Библиотека Ассамблеи / Журнал “АНКО” / Выпуск №7 / Виктор Диц. Надежды, зарытые в песок

Национальная политика: история и современность

Виктор ДИЦ, председатель
Национально-культурной автономии немцев Татарстана

НАДЕЖДЫ, ЗАРЫТЫЕ В ПЕСОК
(Немецкий вопрос в России)

    Этнология, в отличие от этнографии (науки пространственной), работает одновременно и в пространстве, и во времени. Это единственная наука, в основание которой положен простой и ясный тезис: каждый этнос ограничен во времени, он когда-то рождается и когда-то умирает. И жизни каждого народа равно присущи пассионарные и регрессивные фазы.

    Есть ли в России национальная политика? В последний период сложилось расхожее мнение, что такой политики нет. В подтверждение этой мысли могут сказать: даже Миннац в России был практически отменён за ненадобностью, а министр без портфеля В.Ю. Зорин не имеет ни программы, ни каких-либо средств и т.п. Смею утверждать обратное: национальная политика у современных российских властей есть, и в своих действиях в этой сфере они руководствуются чётким планом программой. Другое дело, что этот план не обнародован, разработан он узкой группой лиц из ближайшего окружения Президента В.В. Путина, а практически осуществляется путём реализации решений закрытого органа власти – Совета безопасности России. Команда Путина ставит перед собой, по сути, одну задачу: перед этноцивилизационными вызовами XXI века Россия должна (уже через 2-3 десятилетия, не позже!) предстать единым суперэтносом, где термин «национальный» станет относиться ко всем россиянам, а к русским, татарам, башкирам, бурятам, якутам, чувашам и к российским немцам будет иже с ними приложимо лишь определение «этнический», и когда в подсознании большинства жителей России на первом месте будет стоять понятие "россиянин", а уже потом русский, мордвин, мариец, калмык, российский немец. Если этого не произойдет (т.е. эта задача не будет решена), Россия не выдержит предстоящих этноцивилизационных вызовов (в настоящее время – это разворачивающийся панисламский вызов, на очереди – более серьёзный – китайский). И многонациональность России, как остро ощутили в последнее время В.В. Путин со товарищи, это вовсе не её богатство, как лицемерно твердили и твердят до сих пор многие с высоких трибун, а её слабость. И эту слабость В.В. Путин намерен преодолеть. Если он будет это делать чересчур быстро, он споткнётся, если же он будет делать это медленно, он не выполнит поставленную задачу и не будет за это прощён никогда историей и соотечественниками. Владимир Путин (как представитель классического русского национализма) идёт в этом направлении вперёд на грани возможного (в смысле ритма и скорости). В.В. Путин считает русский этнос в России государствообразующим и его этническое самочувствие для стабильности государства полагает решающим.

    Из содержания жизнедеятельности национальных республик в государственно-правовой и других основополагающих сферах команда Путина намерена существенно выхолостить национальную составляющую, касающуюся их титульных этносов. Подобные намерения и действия мотивируются теми фактами реальной действительности, которые позволяют сделать вывод: во всех национальных республиках России с развитым национальным самосознанием титульного этноса идёт ущемление прав представителей всех иных этносов, также числящихся гражданами страны. Президент Российской Федерации, как верховный гарант соблюдения прав её граждан, мириться с этим не может, не хочет и не будет. В обоснование своих намерений и действий команда Путина берёт на вооружение нижеследующий тезис: во всех субъектах Российской Федерации население многонационально, и нелепо при этом делить это население по национальным рангам.

    Из вышесказанного однозначно вытекает: вопрос о территориальной реабилитации (восстановлении национальной государственности) российских немцев в сложившихся исторических условиях реальной почвы под собой не имеет. Речь может идти лишь о выживании нашего этноса в условиях преимущественно дисперсного проживания.

***

    Может ли этнос российских немцев сохраняться как некое единое этническое сообщество в условиях проживания на территориях различных государств? Нет, не может. Если руководство российского государства хочет привить всем народам страны - как первичное национальное чувство - чувство гражданина России, то подобным озабочены и руководители других суверенных государств. А поскольку этнос российских немцев является в настоящее время реально субэтносом двух (только и одновременно - двух) этносов - германского и русского, то выбирать российские немцы могут только две территории для этнического самосохранения - территорию России и территорию Германии. В остальных странах мира в современных исторических условиях они обречены на быструю абсолютную ассимиляцию государствообразующими этносами, называемыми "нациями", а в условиях чуждости им по духу и культуре окружающего населения они предпочтут такую жизнь выезду в Россию либо Германию.

    Поскольку государственная политика германского государства направлена на скорейшую интеграцию (читай: ассимиляцию) российских немцев в германское общество, а германское общество также становится всё более обеспокоенным последствиями наплыва иммигрантов (да и исходя из стартового психологического настроя российских немцев, возвращающихся "на родину предков"), нетрудно понять, что российские немцы в Германии обречены на быструю германизацию. И лишь в находящейся пока ещё "в промежуточном положении" России у российских немцев есть определённое национальное будущее.

***

    К сожалению, драгоценное историческое время для создания вполне достаточных условий самосохранения этноса было безвозвратно упущено, и отнюдь не по вине самих российских немцев. Первый исторический шанс для этого появился во второй половине 1980-х годов, в разгар перестройки. Тогда центральная власть в стране была ещё сильна, и в то же время национальное самосознание народов России и национально-демократическое движение уже приобрели развитые формы. Ворота же в Германию для российских немцев были открыты ещё не столь широко, и прохождение через них не было основательно освоено (эмиграционные процессы в среде российских немцев ещё только начинались). Хватило бы тогда ума и воли у руководства СССР (тогда ещё Москву на местах беспрекословно слушали) - была бы воссоздана автономная республика немцев Поволжья, и российскими немцами на опустыненных поволжских землях был бы ещё раз создан цветущий сад. Но этого не произошло.

    Второй раз шанс возник в первой половине 1990-х, когда из юго-восточных республик бывшего СССР хлынули не только в Германию, но и в Россию массы российских немцев - беженцев и вынужденных переселенцев. Этот миграционный процесс совпал по времени с массированной материально-финансовой помощью Германии. Большие средства германская сторона вложила как в строительство жилищ на волжских берегах (да и в других географических точках России, предполагаемых для компактного поселения российских немцев), так и в кредитование семей российских немцев (для покупки и строительства жилья, для организации собственного дела и т.п.). Но эти огромные затраты главную задачу (создание стартовых условий для дальнейшего самосохранения этноса) так и не решили, Построенные (в том числе и недостроенные) жилища оказались непонятно чьи, нашедшие в них пристанище российские немцы своим домом их, соответственно, не посчитали. Полученные же от Министерства внутренних дел Германии вышеназванные кредиты частным лицам, как правило, не возвращались при выезде их получателей в Германию, а кредитные обязательства передавались по цепочке, в конце которой немецкая этническая составляющая становилась уже равной нулю. Не удивительно, что так называемые компактные поселения российских немцев уже давно имеют в основном не немецкое население, что нетрудно было предсказать при вышеописанных методах вложения средств.

    А ведь шанс всё же был. Германская сторона должна была давать кредиты только семьям российских немцев, причём до полного возвращения кредита не должно было вестись и речи о выдаче разрешений на выезд в Германию получателям этих кредитов. Совместно же с советским (потом - российским) государством никаких вложений делать не стоило, поскольку не был принципиально решён вопрос о будущих правах собственности на результаты финансовых вложений. А ещё было бы лучше вообще ограничиться только выдачей ссуд частным лицам. Зато эти кредиты были бы, несомненно, весомыми и льготными (и это совсем не выдумка, - ведь германских денег в волжский песок – в никуда! - было зарыто немало). Получателям кредитов (помимо невыезда в Германию до их возврата) нужно было ставить лишь ещё одно условие: зацепиться за жизнь в пределах данного географического региона (очертив на карте пальцем предполагаемые территории для компактного расселения немцев). И вовсе не обязательно было выдвигать при этом лозунг воссоздания республики (прекрасно жили российские немцы до прихода к власти большевиков безо всяких республик, и так же жили бы дальше).

    Таким образом, мы бы получили главное условие самосохранения этноса - массовое совместное проживание. И тогда уже дальнейшая помощь Германии стала бы адресной, эффективной, действенной. Средства германских налогоплательщиков больше бы уже не зарывались безрезультатно в волжский песок. Реализация вышеописанного сценария практически решила бы вопрос о территориальной реабилитации российских немцев. В настоящее же время поезд уже ушёл (на запад), и всерьез вести речь уже нельзя не только о территориальной реабилитации народа, но и о компактных немецких поселениях. Последние (и последние из них) буквально на глазах разжижаются инонациональным компонентом.

    В этой связи нельзя не сказать и о продолжении кредитования германской стороной российских немцев как частных лиц для организации жилья и открытия дела. Если такое кредитование будет ещё на какой-то исторический срок продолжено, то соблюдение при этом географического принципа будет выглядеть полным анахронизмом. Речь идёт об ограничении выдачи кредитов российским немцам в европейской части России границами лишь четырёх областей: Саратовской, Волгоградской, Самарской и Ульяновской. Я только что привёл доказательства реальной нежизненности в сложившихся исторических условиях идеи территориальной реабилитации и организации компактных поселений. В свете этого продолжение кредитования российских немцев только в строго ограниченных географических рамках выглядит упрямством, достойным лучшего применения. А если семье конкретного российского немца, бежавшей с территории юго-востока бывшего СССР, удалось, буквально выражаясь, зацепиться за жизнь на 20 километров западнее или на 40 километров севернее выше очерченных географических рамок? В данной ситуации никакой кредитной поддержки она не получит. Это просто-напросто социальная несправедливость, распределение жизненных шансов согласно разделению российских немцев по географическим сортам (еще одно значение термина "географический детерминизм" в новой интерпретации; ранее считалось, что он определяет - наряду с другими факторами - рождение этноса, здесь же он способствует его смерти).

    Кроме того, кредитовать нужно лишь уже состоявшихся предпринимателей из числа российских немцев, которые могут обеспечивать возвратность кредитов своей недвижимостью или иной собственностью. В условиях решительного сокращения финансирования германской стороной социально-экономических проектов и всё более ощутимой нехватки средств значение возвратности кредитов для дальнейшего их реинвестирования переоценить невозможно. Тот, кто хотел стать предпринимателем и имел для этого соответствующие способности, таковым уже стал (им был отпущен новейшей российской историей более чем десятилетний срок). А тот, кто хочет, но не может, - стоит ли его кредитовать?

    Далее. Стоит ли кредитовать даже состоявшегося предпринимателя-немца только за то, что он немец? Конечно же, нет. Кредитовать нужно лишь предпринимателей, заключающих трёхсторонний договор (кредитодатель - предприниматель - центр немецкой культуры или религиозная организация немецкой традиции в регионе деятельности предпринимателя). Одновременно с выплатой очередного транша на погашение кредита (конечно же, льготного) предприниматель переводит и определённую вышеуказанным договором сумму прибыли на расчётный счёт центра немецкой культуры, религиозной или иной организации российских немцев. Так одновременно со становлением отечественного среднего класса из числа российских немцев у этих людей будет формироваться привычка к естественной перманентной помощи своему духовно-культурному центру, вокруг которого объединяются немцы региона. В истории так уже было. Во всех губернских городах России конца XIX века немцами были построены лютеранские (а кое-где и католические) храмы, в которых протекала не только религиозная жизнь, а и пел немецкий хор, ставились пьесы на немецком языке, работали воскресные школы и которые действовали как современные немецкие культурные центры. И содержались все эти здания и иная собственность немецких общин в достойном подражания виде. Необходимые для этого средства вносились людьми добровольно.

    Верю, что на свои лучшие круги история непременно возвращается, но об этом позже.

***

    В рамках тезисов, взятых на вооружение современным российским руководством и приведённых в начале статьи, даже в национальных республиках реализация национальной идеи самоопределения их титульных этносов — вплоть до выделения этих территорий из состава российского государства - не просматривается. Российским немцам стоит задуматься о совместной работе в правовом поле России с другими её народами (в российской Конституции понятие народов России – лишь вскользь - упоминается дважды). Речь идет о наделении определёнными конституционными правами народов России и их высших (в плане представительства и самоуправления) форумов – общенациональных съездов. Успешная работа в этом направлении могла бы существенно продлить историческое время жизни и нашего народа. Упование лишь на реализацию положений Федерального закона "О национально-культурной автономии" может привести российское общество к тому, что песни, танцы и сказки народов России лет этак через 30 ещё останутся, но самих народов уже не будет. Необходима срочная разработка федерального законодательства о правах народов России (тем более что расселены они ныне в большинстве своём дисперсно). Пропагандируемое же некоторыми участниками внутриполитического диалога дальнейшее развитие принципов федерализма подавляющему большинству народов России вряд ли что-то даст.

***

    Как всё же обстоит дело с нашим национальным будущим? Время национальных резерваций сельского типа предшествующих двух с половиной веков ушло безвозвратно. Думается, проживать российские немцы будут на территории России (только здесь мы сможем достаточно долго сохраниться в форме этнического сообщества), причём проживать будут (за редкими нетипичными исключениями) дисперсно. Ни о какой помощи со стороны Германии уже не будет и речи. Российские немцы уже 15-20 лет спустя будут представлять собой свободные объединения состоявшихся самодостаточных личностей (самодостаточных экономически, психологически и нравственно). Эти вполне обеспеченные люди станут частью среднего класса России. Они (и их дети и внуки), наряду с прекрасным владением государственным русским языком будут хорошо знать и немецкий (одновременно как хорошо изученный иностранный, но в то же время и как второй язык в семье). Но это вовсе не для предстоящей эмиграции в Германию. Эти люди в любое время смогут посылать своих детей и внуков на обучение в Германию (и будут это делать), но своей родиной они будут считать Россию, и их потомки совсем не обязательно предпочтут после учёбы непременно остаться в Германии. Эти люди будут добровольно объединяться в сообщества германофилов немецкого происхождения с немецким же этническим самосознанием, на базе евангелическо-лютеранских (иногда католических и меннонитских) церквей немецкой духовной традиции и центров немецкой культуры. Будем надеяться, что они примут рабочую эстафету от нынешних участников немецкого национального движения. Именно такое, по моему мнению, будущее нас ожидает.

    Нарисованная мною футурологическая картина не так уж трагична; во всяком случае, она реальна. Однако плавный переход в состояние самодостаточности российские немцы могут совершить лишь при продолжении ещё в течение 5-10 лет помощи Германии и - исключительно важно - при внимании к российским немцам как к одному из народов России со стороны её руководства.

***

    По поводу привлечения внимания руководства страны к российским немцам. Нам предстоит пройти решающее критическое испытание: Всероссийская перепись населения определит нашу способность к этнической мобилизации. Как выяснилось в ходе новейшей истории, на этническую мобилизацию в целях достижения единства своих рядов мы оказывались до сих пор не способными. Но, может быть, нас сплотит перепись населения? Какую работу в этом направлении проводят в своих рядах татары я знаю не понаслышке, а из первых рук. Но ведь и для нашего народа это решающие дни. Если мы не обеспечим запись "немцами" всех идентифицирующих себя с этой национальностью, то на столы российских руководителей лягут итоговые документы переписи населения, где число немцев будет исчезающе малым, и тогда российская власть с облегчением забудет о российских немцах навсегда. Да, многому бы нам поучиться у татар…

    Времени на раздумья у нас уже нет.

1191 просмотр.

 
 
420107, г. Казань, ул. Павлюхина, д. 57, Дом Дружбы. Тел.: (843)237-97-99. E-mail: an-tatarstan@yandex.ru