Журнал “Наш дом - Татарстан”

Романтическое путешествие «Казань – Дакар»

Многие, наверное,помнят, как казанская телеведущая Альбина Гарифуллина несколько летназад вела передачу «Будьте здоровы» на телеканале «Эфир». Сегодня она– мадам Дяхате. В 2001 году Альбина вышла замуж за Амаду – темнокожегожителя африканской страны Сенегал. С мужем и сыном Альбина живет внебольшой квартире обычной девятиэтажки, работает в пресс-службеМинздрава Татарстана. Супруг – мастер по художественной лепнине, делаетмозаику, любую отделочную работу. Участвовал в реставрации дома Кекина,Госмузея, городской Ратуши. Об этом с удовольствием  рассказываютсупруги Дяхате, когда я переступаю порог их гостеприимногодома.                                  

Свадьбу справляли в Сенегале и Татарстане

Со своим будущим мужем Альбина познакомилась в городе Дакар – столицеСенегала, стране, расположенной на западе Африки. Этот город известеннам по автогонкам «Париж – Дакар». Амаду с любовью смотрит нафотографию ночного Дакара. Что и говорить – красиво! Современныймегаполис, несколько миллионов жителей. Атлантический океан, пляжи,белые пески. Сенегал - развитая цивилизованная страна, бывшаяфранцузская колония. В столице живут представители разных народностей:и коренные темнокожие, и светлокожие. Есть целые кварталы китайцев.Никого не удивишь смешанными браками и замысловатыми сочетаниямикровей. Радикально настроенный националист сошел бы с ума от такогосочетания европейской, азиатской и африканской  генетики, а вСенегале народ живет дружно, открыто. Хотя именно здесь несколько вековшла оживленная торговля рабами, которых свозили со всего Африканскогоконтинента для европейских и азиатских рабовладельцев. И, конечно,неизменный африканский колорит – неумирающие традиции в сочетании ссовременностью. К примеру, утром местный житель может выйти на работу внациональном костюме, к вечеру переодеться в современную одежду.

В тот год Альбина приехала  снимать передачу о «СПИД-центре»,расположенном в Дакаре. Но волею случая съемки были отложены на неделю,выдался неожиданный для журналистов отдых. Друзья Альбины повели ее вгости к своим знакомым. Так она оказалась в семье Дяхате. Дверь открыластройная, высокая девушка – сестра Амаду, чуть позже появился и молодойчеловек: статный, подтянутый, рост под два метра… Свадьбу сыграличерез  две недели.       

– Любовь с первого взгляда? – спрашиваю у Альбины.
– Возможно, хотя дело не в этом. Может, и не было лишних сантиментов.Меня в нем покорило, прежде всего, чувство надежности. Мы часами гулялипо пляжу, разговаривали, узнавали друг друга.

Через неделю, при встрече, Амаду сказал: «Свадьба в четверг».Удивленная Альбина спросила: «Почему в четверг?». Немного подумав,Амаду ответил: «Тогда в пятницу!». Свадьба состоялась по всем канонаммусульманской веры и на родине жениха, и  дома у невесты в нашемНижнекамске. А официально их брак зарегистрирован в мэрии Дакара. Вдокументе, подтверждающем «двух сердец одно решенье», есть пункт, вкотором муж заранее указывает, каким будет его брак - моногамным илиполигамным. По закону в Сенегале разрешено многоженство, страна-томусульманская.

– Амаду, ты выбрал моногамию, почему?
– Отец всегда мне говорил: «Сынок, имей только одну жену! Много жен –много проблем», – смеется он. – Между женами и их детьми постоянноесоперничество, прямо-таки война. Зачем это?
– Тем более что любить по-настоящему можно только одну жену, – добавляю я.
– Для моногамии это совсем не важно, там любить не обязательно…

Альбина стала единственной возлюбленной Амаду. Несмотря на короткоезнакомство, их брак длится уже семь лет. Его можно назвать счастливым.

К слову, сенегальские девушки, незадолго до знакомства Альбины сбудущим мужем, нагадали ей на ракушках скорую, буквально на днях,свадьбу. Тогда это показалось абсурдным, ведь Альбина была слишком далеко от дома. Но ракушечки легли в самый раз: предсказаниесбылось.

В семье нет разделения на мужскую и женскую работу

Амаду  вырос в большой семье: кроме него – пятеро дочерей. Отецработал преподавателем, мама воспитывала детей, занималась домом,хозяйством. От отца сын научился, прежде всего, интеллигентному,почтительному отношению к женщине. Амаду уважительно относится кматери, ценит в женщине личность. Может быть, именно поэтому неизбегает никакой домашней работы. В семье Дяхате нет разделения насугубо мужскую и женскую работу. Зная, что жене приходится многоработать, муж с удовольствием берет на себя часть домашнихобязанностей. Может и прибраться, и постирать. Прекрасно готовит, нехуже заправского ресторатора. Главное – делает это непринужденно и безупреков. Пожилые женщины в Амаду души не чают. Соседка любовно называетего сынком, с тещей они большие друзья.

– Как ты думаешь, в чем больше всего нуждаются женщины? – спрашиваю у Амаду.
– Они хотят, чтобы их оберегали, защищали, помогали во всем, – и, шутя,добавляет. – Им надо обязательно говорить, какие они красивые, дажеесли придется немного соврать.

По своему социальному статусу мужчина является опорой, основанием семьи– это формула мужественности. Он отдает любовь, женщина ее принимает иумножает. Иметь такого мужа – большое счастье для жены, именно в такойситуации она уверена в том, что любима.

Как выясняется, Альбина тоже выросла в большой семье, она – четвертыйребенок. У нее есть старший брат и две сестры. Увы, в нашей советскойстране желание иметь много детей осуждалось. Было мнение, что длядостойного воспитания у многодетных родителей не хватит средств.Несмотря на трудности, Гарифуллины дали каждому из своих детей высшееобразование. Альбина в 17 лет поступила в Казанский университет, нафакультет журналистики. Сейчас она – уверенная в себе, состоявшаяся какпрофессионал женщина.

Две личности, если уважают друг друга, будут искать пути взаимопомощи,сотрудничать, а не предъявлять претензии друг другу. Брак Дяхате –подтверждение этому.

– Я не считаю, что мужчина должен непременно обеспечивать семью, –говорит Альбина. – Мы переживали разные трудности, в том числе и финансовые. Было дело, вместе делали бижутерию, он лепил, яраскрашивала.
Кстати, заниматься совместным творчеством – их семейное хобби.Например, вылепленные из гипса фигурки любит раскрашивать Альбина.

Несколько лет назад семья пережила сложные времена: Амаду серьезнозаболел. Диагноз – деструкция позвоночника. Такая болезнь приводит кинвалидности, может быть, даже к потере двигательной способности.Лечение заняло четыре месяца. 
– Я благодарю Бога за кризисы, которые он дает, – продолжает Альбина. –В кризисе человек открывает в себе то, о чем даже не подозревал. А длялюбви болезнь всегда серьезная проверка. Теперь муж для меня – родной,близкий человек, вместе столько пережито…

Замечаю, что на одной из фотографий Амаду в белом одеянии. Оказывается, он дважды совершал хадж в Мекку.
– Ты верующий человек?
–Конечно! Но я не фанатик. Я верю, что есть кто-то, кто за наминаблюдает, кто сотворил весь этот мир. Есть люди, которые думают, чтоумер и все. Я таких непонимаю.                                                                

Альбина рассказывает, что в Сенегале вера не показная, в ней с детствагармонично вырастают. Дети четырех–пяти лет свободно молятся. Еслинаступило время молитвы, то даже банковский служащий оставит на этовремя дела и будет взывать к Всевышнему. Вера прочно вплелась втрадиции страны, наложила отпечаток на отношение человека к жизни.Сразу видно, что Амаду очень добрый, порядочный человек. Любомупротянет руку, с любым поздоровается, даже обычный алкоголик вызывает внем чувство сострадания: «Эх, жалко! Зачем пьет?» В этом они с Альбинойпохожи, она тоже не уйдет в сторону, если встретится с чужой бедой.
– Вера - это ведь не набор обрядов, – заключает Альбина. – Это нравственное чувство, которое удерживает в рамках Человека.

Наиль зовет папу Папис

Те ракушки предсказали не только близкую свадьбу, но и рождение первогоребенка – мальчика. Наилю сейчас почти четыре года. Он похож набольшинство мальчиков его лет – шустрый, энергичный. Воспитателидетского сада любят его, потому что он свободный и коммуникабельный.

Общая мусульманская вера дает родителям одинаковый подход к воспитаниюдетей. В мусульманских семьях огромную роль в воспитании играет отец.Наиль во всем старается походить на Амаду. Они все делают вместе. Есличто-то мастерят, Амаду поддерживает сына словами: «Мы с тобой молодцы!Мы мужчины!» Особенно любят готовить вместе, что-нибудь печь. Для Наиляготовить – естественное состояние. Как знать, может, сын осуществитмечту отца и откроет семейный ресторан, где воплотит кулинарные талантысемейства Дяхате. 

– Воспитание  строгое, но не агрессивное, – уточняет Альбина. –Наиль знает, что есть вещи, которые ему не позволительны, но мы всегдастараемся объяснить суть своих требований.
«Это не культурно», – урезонивает отец сына, когда тот слишком разошелся за столом.

Наиль говорит с отцом по-русски. Но сын понимает и по-французски. Нокак абсолютно нормальный четырехлетний малыш отказывается на этом языкеговорить – не видит в этом необходимости. Отца он называет Папис (этоодно из имен Амаду), вероятно потому, что слово это созвучно до болизнакомому русскому – папа.

Внешне мальчик скорее напоминает татарина - кожа смуглая, но не темная.Африканские корни выдают упругие курчавые волосы. Он еще не оченьхорошо осознает особенности своего происхождения, но начинает проявлятьинтерес к стране своего отца. Увидев красоты Сенегала на открытке,говорит мне: «Это Африка!» За семь лет совместной жизни в КазаниАльбина и Амаду побывали в Дакаре один раз, и то без сына.

Придет время – и Наиль познакомится со своей большой африканской родней: бабушкой, тетушками, двоюродными братьями и сестрами.
– В определенном смысле в Сенегале культ семьи и детей, – объясняетАльбина. - Да и глава семейства не против того, чтобы иметь много детей.

Амаду выучил русский и стряпает губадию 

Интересуюсь у четы Дяхате, почему они живут в Татарстане, ведь Сенегалразвитая страна, у Амаду востребованная строительная специальность.Значит, у себя на родине он был вполне обеспеченным человеком.

– Он по натуре – авантюрист, – утверждает супруга.  
– Да, я люблю путешествовать, - продолжает Амаду. – В школе моимлюбимым предметом была география. Если бы позволяли средства, яобъездил бы весь земной шар, посетил Европу, арабские страны, СреднююАзию, Монголию, Китай, Японию. Это ведь очень интересно! Такими желюбознательными были мои дедушка и прадедушка. Наши родственникирасселены по всей Африке, с некоторыми из них мы говорим на разныхязыках. Я семь лет прожил здесь, уже немного скучно становится.

– Встречаешься ли ты с проявлениями агрессии?
– В основном, нет. Бывает, что люди рассматривают меня как музейныйэкспонат, как будто никогда не видели чернокожего, пихают друг друга вбок, показывают пальцем. Есть такие,  которые специально говорятчто-то обидное, смеются…

У Амаду есть редкая способность «вживляться» в страну, погружаться в еетрадиции. Он познает народ изнутри, проживая с ним бок о бок будни ирадости. Амаду знает пять языков: английский, французский, свой роднойязык, арабский (несколько лет жил в Арабских Эмиратах), теперь еще ирусский. Не удивлюсь, если через какое-то время он примется изучатьтатарский. Ведь уже сейчас он готовит чуть ли не все традиционные блюдататарской кулинарии: лапшу, беляш, пельмени, губадию. Такойпознавательный интерес всегда развивает человека, делает его внутренний мир богаче. Становится обидно за своих малокультурныхсоотечественников…  Что и говорить – за годы, проведенные вКазани, Амаду, безусловно, стал лучше  чувствовать и понимать своюжену.

В какую еще сторону подует ветер странствий – неизвестно. Не исключено,что в скором времени семья Дяхате окажется в другой стране. «Человекаводит вода», – говорит мама Альбины. Дальнейшая жизнь внесет своикоррективы.

…За окном темнеет, а я ловлю себя на мысли, что мне не хочется уходитьот Амаду и Альбины. С ними уютно и спокойно. Их дом часто принимаетгостей, людей влечет к ним. Вспоминаю слова Льва Толстого о том, чтовсе счастливые семьи похожи друг на друга, а несчастливы каждая по-своему. Семья Дяхате похожа на десятки счастливых российских семей, ипроисхождение тут не при чем.